Знаете, бывают такие фильмы, от одного описания которых уже хочется заранее достать носовой платок ️. Итак, приготовьтесь: Эдриан Броуди — тот самый парень, который ради «Пианиста» бросил девушку, продал квартиру и похудел до состояния тени, а потом на радостях страстно расцеловал Холли Берри на «Оскаре» — снова готовится разбивать нам сердца. В компании с Рэйчел Зеглер (да-да, той самой Белоснежкой, которая умудряется генерировать драму в каждом втором интервью) он сыграет в картине Last Dance.
Режиссирует этот праздник со слезами на глазах бразилец Карим Айнуз (если вы пропустили его «Невидимую жизнь Эвридики», то срочно исправляйтесь). В основе — автобиографическая статья Эмили Зифф Гриффин из снобского, но бесконечно уважаемого New Yorker. Сюжет звучит как идеальный микс бродвейской драмы и курортного романа: 1991 год, Карибское море, круизный лайнер. Знаменитый композитор Эллиот (Броуди) везет свою дочь Эмму (Зеглер) отдыхать. Девочка, естественно, тут же влюбляется в молодого члена экипажа — классика жанра! Но под всей этой тропической мишурой и танцами до утра скрывается трагедия: Эллиот болен СПИДом и понимает, что это его последний вояж .
Синопсис обещает нам классическую психологическую мясорубку: отец и дочь будут выяснять отношения на фоне пальм и океана, пытаясь успеть сказать главное, пока «музыка не затихла». Звучит как эдакий All That Jazz, только на воде и с легким флером зумерской рефлексии.
А теперь — вишенка на этом драматическом торте . Музыку к фильму напишет Бен Платт. Тот самый обладатель «Тони» и «Грэмми», который уморительно пытался сойти за подростка в экранизации Dear Evan Hansen. Платт еще и сыграет одну из ролей, а Зеглер будет петь сама (тут уж не поспоришь, голос у нее действительно феноменальный). В общем, нас ждет либо душераздирающий шедевр, либо самый красивый музыкальный сеанс семейной психотерапии в истории кино. Готовьте ваши сердечки!
