Казалось бы, кинематографическая вселенная, где машины с легкостью выходят на околоземную орбиту, а законы гравитации давно и безнадежно ушли в бессрочный отпуск, не может столкнуться с такой удручающей банальностью, как нехватка наличности. Но суровая реальность кусается даже сквозь броню из пафоса и закиси азота!
Наш любимый Алан Ричсон — та самая обаятельная гора мышц из зубодробительного Форсаж 10 (Fast X). Тот самый парень, который, если кто забыл, когда-то начинал как модель нижнего белья, а потом щеголял в зеленых трико Аквамена в подростковом сериале (да-да, интернет помнит все твои грехи, Алан). Так вот, этот прекрасный атлет внезапно решил примерить на себя роль глашатая голливудских бед.
Выяснилось, что грядущий эпик Форсаж навсегда (Fast Forever) отчаянно буксует на старте. И проблема кроется отнюдь не в дефиците лысых брутальных мужчин на квадратный метр кадра. Ричсон с обезоруживающей прямотой поведал миру о серьезных производственных и — о ужас! — бюджетных препятствиях, с которыми столкнулась разработка финала. Видимо, гонорары Вина Дизеля, помноженные на стоимость уничтожения очередного автопарка элитных спорткаров, наконец-то превысили ВВП небольшой европейской страны. Что ж, с нетерпением ждем, когда легендарная «Семья» начнет экономить на традиционных барбекю и торжественно пересядет на подержанные малолитражки. Великое кино требует великих жертв, господа!
