Знаете, в Голливуде есть совершенно особая, почти мифическая каста актрис. Они не сверкают на обложках глянца каждую неделю, не устраивают публичных истерик из-за недопитого латте на съемочной площадке, но без них киноиндустрия была бы похожа на пресный диетический крекер. 5 августа в своем доме в Шерман-Оукс на 85-м году жизни нас покинула именно такая женщина — великолепная Глория Карлин. Настоящая канадская искра, которая умела зажечь даже самый предсказуемый сценарий.
Глория была не просто талантливой актрисой родом из Монреаля, она была главной музой и, по совместительству, женой оскароносного сценариста Лайонела Четвинда. Пожалуй, это тот самый редкий случай, когда семейный подряд в кино не вызывает желания нервно переключить канал. Взять хотя бы картину Goldenrod (1976), где Карлин блистала в роли жены потрепанного жизнью наездника родео. Ее партнером был Тони Ло Бьянко — да-да, тот самый парень, который когда-то чуть не свел с ума режиссеров своим взрывным темпераментом и любовью к импровизациям на грани фола. А в Two Solitudes (1978) она работала с легендарным Жаном-Пьером Омоном и Стейси Кичем (который, к слову, в те годы славился не только ролями брутальных копов, но и весьма бурными романами).
Но настоящий кинематографический хулиганизм случился в 1987 году. В фильме The Hanoi Hilton, написанном и снятом ее неутомимым супругом, Глория сыграла члена американской делегации, посещающей лагерь для военнопленных во Вьетнаме. Сцена была прозрачным и весьма едким намеком на скандальный визит Джейн Фонды в Ханой в 1972 году. Согласитесь, нужно иметь изрядную долю смелости и самоиронии, чтобы так элегантно подколоть «Ганнойскую Джейн» на большом экране!
Вообще, биография Карлин читается как увлекательный роман. Девочка из детского театра Монреаля, она умчалась в Нью-Йорк, чтобы учиться актерскому мастерству у Пегги Фьюри в знаменитой Actors Studio и танцам у самой Марты Грэм. Но судьба — дама с чувством юмора. Глория вернулась в родной город, вышла замуж за Четвинда, и началось самое интересное. Переезд в Лондон и участие в вест-эндской постановке 1971 года Maybe That’s Your Problem. И знаете, о чем был этот первый написанный ее мужем мюзикл? О преждевременной эякуляции! Режиссировал это великолепие Тед Котчефф, который позже снимет культового «Рэмбо», но тогда, видимо, тренировался на более… деликатных темах.
Карьера Глории была пестрой, как лоскутное одеяло. Она снималась у великого и ужасного Роже Вадима (человека, который, кажется, коллекционировал самых красивых женщин эпохи) в фильме The Hot Touch (1981), заглядывала на огонек в бесконечную мыльную оперу General Hospital и даже успела засветиться в Freddy’s Nightmares. Везде она оставляла частичку своего невероятного шарма.
Семья вспоминает ее как неисправимую оптимистку и светлого человека, который всегда был готов дать мудрый совет. И, глядя на ее долгую, насыщенную жизнь, полную любви, творчества и легкой иронии, в это невозможно не поверить. Прощай, Глория. Ты умела делать этот мир чуточку интереснее.
