Знаете, что бывает, когда скандинавская тоска по Бергману встречается с кризисом среднего возраста в декорациях клуба по вязанию? Получается картина «Brave New Love (Дивная новая любовь)» Марии Бэк, которую только что показали на 79-м фестивале в Локарно. И, дамы и господа, это кино бьет под дых так же изящно, как бабушка, случайно уколовшая вас спицей.
В центре этого карнавала страстей — Катрин Торборг Йохансен. Она играет Кейт, гипнотерапевта. Казалось бы, женщина должна уметь вводить в транс кого угодно, но по факту сама запуталась в собственной жизни так, что без пол-литры… простите, без клуба по вязанию не разберешься. Именно там, под мерный стук спиц, местные дамы с упоением перемывают кости своим мужьям и любовникам. Сплетни, знаете ли, греют лучше любой шерсти.
У Кейт есть муж Орла (отличный Саймон Сирс) — эдакий надежный диван, который всегда на месте. Но есть и Андреас. Его играет Андерс Даниелсен Ли — тот самый парень, который в реальной жизни работает врачом. Видимо, поэтому он так виртуозно лечит чужую женскую тоску на экране. Андреас понимает Кейт чуточку лучше. Чуточку глубже. И да, фильм не стесняется показывать эту «глубину» — готовьтесь к откровенным сценам, где телесное переплетается с экзистенциальным. Это вам не голливудский глянец, тут всё по-настоящему: пот, слезы и отчаянный поиск тепла.
А теперь — мой любимый момент. Драматургический шедевр! У Кейт есть дочь Афина. И вот однажды наша одухотворенная героиня, витая в облаках своих любовных метаний, берет и… наступает на любимую ручную птичку дочери. Хрусть! И вот он, саспенс хичкоковского уровня: если девочка узнает, кто раздавил пернатого друга, она тут же сдаст маман с ее секретным номером в телефоне отцу. Шедеврально.
Мария Бэк рискует, выкручивая ручки морали до предела. Кейт изменяет мужу, врет, впадает в мрачную депрессию — она не идеальна. Она бесит. Но Йохансен играет так, что ты физически не можешь ее осуждать. Ты сидишь, смотришь на ее разговор с врачом и понимаешь: да, черт возьми, мы все иногда бываем такими же эгоистичными и запутавшимися.
В финале картина делает неожиданный реверанс. Посвященный дочери самой постановщицы, фильм оставляет нас наедине с Афиной. И это красивый, хоть и немного болезненный вывод о том, что дети — это тот самый якорь, который удерживает наши семейные лодки от окончательного крушения. Даже если ради этого приходится пожертвовать одной маленькой птичкой.
Резюмирую. «Brave New Love (Дивная новая любовь)» — это твердые 8 из 10. Кино, которому абсолютно плевать, что вы о нем подумаете. Оно живое, пульсирующее и временами дискомфортное — как новый шерстяной свитер на голое тело. Но снимать его вы точно не захотите.
