Знаете, Голливуд десятилетиями приучал нас к одной простой и до зевоты банальной мысли: если в кадре появляется коренной американец, он непременно должен скакать на лошади без седла, сурово щуриться вдаль и пускать стрелы в бледнолицых. Ну, или в крайнем случае — загадочно молчать, символизируя единение с природой . Но времена, слава богам кинематографа, меняются.
Режиссер Крис Валлон (человек, явно решивший немного встряхнуть эту застоявшуюся пыль веков) выдал нам картину Ничья земля (One Man’s Land). И это, доложу я вам, не очередной вестерн с перьями. Это кино о вещах куда более серьезных и, к сожалению, часто остающихся за полями глянцевых учебников истории.
В центре сюжета — та самая критически важная, но вечно игнорируемая роль, которую солдаты из числа коренных народов сыграли в реальных военных операциях и мировых войнах. Да-да, пока мы с вами вспоминали Николаса Кейджа, картинно страдающего в ленте «Говорящие с ветром» (где, к слову, индейцы-радисты были скорее экзотическим фоном для его геройств, а бедняга Адам Бич в очередной раз отдувался за всю нацию), Валлон решил копнуть по-настоящему глубоко .
Фильм вытаскивает на свет божий настоящую, не прилизанную студийными боссами правду. И делает это так, что оторваться решительно невозможно! Ритм повествования затягивает, а масштаб невыдуманного героизма заставляет нервно ерзать в кресле. Валлон словно говорит нам с экрана: «Ребята, вы все это время смотрели не в ту сторону». И знаете что? Он чертовски прав.
В общем, если вы откровенно устали от картонных спасителей мира и хотите увидеть кино, в котором бьется живое, пульсирующее сердце — вам определенно сюда .
