Приветствую, мои дорогие любители кино и попкорна! На днях в солнечном Остине, где проходит фестиваль South by Southwest, к микрофону вышел сам Винс Гиллиган. Да-да, тот самый демиург, подаривший нам Breaking Bad и научивший весь мир, что химия — это весело (и опасно). На этот раз Винс решил приоткрыть завесу тайны над своим новым сериалом «Из многих» и, признаться честно, чуть не вогнал нас в краску.
Оказывается, мы были буквально в одном шаге от того, чтобы лицезреть на экранах сотни абсолютно голых людей. И нет, это не ремейк «Калигулы» Тинто Брасса. По изначальной задумке Гиллигана, персонажи, зараженные загадочным «вирусом счастья», должны были разгуливать в чём мать родила. Видимо, по мнению автора, абсолютное счастье подразумевает отсутствие карманов, ипотеки и ремней, которые давят на живот после обеда.
Однако в последний момент маэстро проявил милосердие к статистам (и, возможно, к нашим глазам) и отказался от идеи тотального нудизма. И как он это аргументировал! Это же просто песня, достойная отдельной «Эмми» за сарказм:
«Мы всерьез думали лишить их одежды, но потом вспомнили: мы же не на HBO! — съязвил Гиллиган, изящно пнув канал, где нагота и драконы — это, кажется, часть корпоративного дресс-кода. — Мы просто не могли так поступить с массовкой. Они не могут быть голыми всё время, это уж слишком».
Согласитесь, благородно. Тем более что сюжет шоу и без того звучит как мечта циника. Представьте: писательница, штампующая псевдоисторические любовные романы (которые сама же втайне ненавидит), отправляется в пресс-тур. И тут мир сходит с ума: всех поражает некий вирус счастья. Люди улыбаются, радуются, братаются, и только наша героиня смотрит на это жизнерадостное безумие с фирменным скепсисом. Звучит как идеальная аллегория на утро понедельника в офисе, не находите?
Кстати, пока мы тут обсуждаем несостоявшийся гардероб (точнее, его отсутствие) массовки, работа кипит: производство второго сезона уже стартовало, и сценаристы вовсю скрипят перьями. Так что запасаемся терпением — похоже, нас ждет нечто особенное, пусть и без эпических сцен массового обнажения.
