Знаете это редкое кинематографическое чудо? Человек на экране просто сидит, меланхолично хлебает остывший эспрессо или молча сверлит взглядом собеседника, а вы, по ту сторону экрана, забываете, как дышать. Да, это все он — наш любимый и великий Аль Пачино.
Тот самый амбициозный параноик Тони Монтана из фильма Scarface (Брайан Де Пальма), хладнокровный наследник мафиозной империи Майкл Корлеоне из бессмертного The Godfather (Фрэнсис Форд Коппола) и въедливый, как налоговый инспектор, продюсер Лоуэлл Бергман из The Insider (Майкл Манн). Кстати, забавный факт: на свою первую церемонию «Оскар» молодой и горячий Аль просто не пришел. Обиделся, представляете? Академики посмели номинировать его за первого «Крестного отца» как актера второго плана, хотя экранного времени у него было куда больше, чем у Марлона Брандо. Истинный сицилиец!
А ведь ирония судьбы здесь плещется через край, прямо как кьянти на шумной свадьбе. По материнской линии его предки — самые настоящие выходцы из крошечного городка Корлеоне. Да-да, того самого, что подарил фамилию главной киносемье в истории Голливуда. Но мафия мафией, а тяга к высокому искусству проснулась в нем не от криминальных разборок, а… от Антона Павловича Чехова. В 14 лет парнишка увидел на сцене «Чайку» и понял: вот оно, призвание. С тех пор в его бездонной копилке скопилось всё, о чем только может мечтать лицедей: две театральные премии «Тони», выстраданный «Оскар» и целых пять «Золотых глобусов».
И вот, 25 апреля Аль Пачино задувает на торте 86 свечей . Из них больше полувека он безжалостно гипнотизирует нас с экранов и театральных подмостков. Этот упрямый адепт системы Станиславского (он до сих пор гордится своей верностью нашему методу!) даже не думает уходить на покой. Прямо сейчас он жонглирует сразу несколькими проектами: готовится рвать душу в новом шекспировском King Lear и снимается в политическом триллере «Убить Кастро» Assassination. Кажется, этот гениальный хулиган планирует пережить нас всех — и, честно говоря, мы совершенно не против!
