Знаете, друзья мои, в чем главная трагедия современного кинематографа? Не в том, что идеи иссякли, а в том, что плюшевый медведь на полке супермаркета приносит больше денег, чем блестяще прописанный сценарий. Вспомните дедушку Джорджа Лукаса — он ведь озолотился не на прокате Star Wars, а на фигурках Дарта Вейдера и пластиковых лазерных мечах. Вот и наши родные анимационные просторы настигла та же меркантильная, но до боли увлекательная участь.
На днях стало известно, что вокруг нашего национального экспортного хита — да-да, я о мультсериале «Маша и Медведь» — разгорелись нешуточные шекспировские страсти. Одноименная компания-правообладатель подала в суд на своего бывшего сотрудника (и, на минуточку, создателя сериала) Олега Кузовкова. Суть претензий? Исключительные права на персонажей. Тех самых, чьи озорные лица смотрят на нас с йогуртов, рюкзаков и футболок по всему земному шару.
Как тонко подметил адвокат по авторскому праву Виктор Осипов — человек, который явно видел больше расторгнутых контрактов, чем я плохих ремейков, — сегодня сами нарисованные герои монетизируются куда бодрее, чем их экранные приключения. Анимация — это лишь красивая витрина, а настоящие золотые горы кроются в мерче. И, поверьте, это не только Машина беда. Подобные битвы титанов регулярно вспыхивают и вокруг классических советских мультфильмов. Чебурашка со своими апельсинами не даст соврать!
В чем же корень зла? О, тут начинается самое интересное — чисто русская юридическая рулетка. По общему правилу, права на все, что не вошло в финальный монтаж, остаются за автором. Но продюсеры — люди хитрые, они заключают договоры. И вот тут кроется дьявол. В Голливуде, где каждый чих страхуется контрактом на 60 страниц (спросите Скарлетт Йоханссон, она после судов за Black Widow может лекции студентам-юристам читать), такие вещи прописывают до запятой. У нас же, как водится, все строится на широкой русской душе и доверии. «Потом сочтемся», — говорят они. А потом… потом встречаются в зале суда.
Если договор составлен так, что без лингвистической экспертизы не разберешься, стороны радостно идут судиться. Ведь на кону не просто забавные картинки, а миллиардные обороты. Так что запасаемся попкорном, господа присяжные заседатели. Финал этой юридической драмы зависит исключительно от того, насколько витиевато были составлены те самые бумажки.
