Знаете, в этом безумном кинематографическом мире есть всего три вещи, за которыми можно наблюдать бесконечно: как горит огонь, как течет вода и как очередной фильм с Томом Холландом пробивает потолок кассовых сборов со скоростью испуганного гепарда.
Да-да, тот самый славный британский паренек. Тот, который совершенно не умеет хранить студийные секреты (спойлеры — его второе имя) и однажды феерично сплясал под Рианну в латексном костюме, снова заставил голливудских бухгалтеров судорожно глотать воздух. Но на этот раз — от безудержного, почти неприличного финансового счастья.
Новая картина с его участием — будем честны, мы все прекрасно понимаем, что речь идет о той самой сверхприбыльной франшизе Spider-Man (Spider-Man) — собрала абсолютно рекордную кассу. Причем сделала это так быстро, что даже мастера рваного монтажа из эпохи французской новой волны позавидовали бы подобной динамике. Деньги летели в бездонную копилку студии быстрее, чем бодрые пенсионеры занимают свободные места в утреннем метро.
Пока мы с вами, критики в твидовых пиджаках, с умным видом рассуждаем о великом наследии Годара или пересматриваем Citizen Kane (Citizen Kane), массовый зритель голосует рублем, долларом и йеной за искреннюю, слегка растерянную улыбку соседского парнишки. И знаете что? В этом есть своя, совершенно особенная, хрустящая попкорновая поэзия.
