Знаете, кастинг в кино — это всегда немного русская рулетка. Только вместо патронов в барабане — уязвленные эго гениальных артистов . Вот, например, наш дорогой Владимир Бортко, подаривший миру эталонную экранизацию Булгакова, на днях решил слегка поворошить кинематографическое прошлое. Оказывается, за право произносить бессмертное «в смотровую дайте галошу» в фильме Heart of a Dog (Собачье сердце) (1988) развернулась настоящая битва титанов.
На роль профессора Преображенского всерьез претендовал не кто иной, как Леонид Броневой. Да-да, тот самый непроницаемый Мюллер и мятущийся Велюров. Актер он был, прямо скажем, гениальный, но с характером — говорят, мог одним поднятием брови довести до инфаркта нерадивого реквизитора. Пробы прошли блестяще, но Бортко ему отказал. И что вы думаете? Броневой страшно оскорбился. В его голове тут же сложился пазл: не взяли, потому что еврей. Реакция режиссера на эту конспирологию была бесценной: «С ума сошел? Причем здесь — еврей, не еврей? Не в этом дело» ♂️.
А дело было в магии. Выбор пал на Евгения Евстигнеева, и это, согласитесь, стопроцентное попадание. Бортко искал человека, который «сделал себя сам» — и кто, как не Евстигнеев, начинавший когда-то слесарем на заводе и стучавший на барабанах в джаз-банде, мог передать эту породистую стать, выкованную из простого металла? К тому же, режиссера зацепила одна булгаковская деталь: «И во время операции его толстые пальцы становились тонкими и гибкими». Именно такие — парадоксальные, хирургически точные руки — и были у Евстигнеева. И слава богу, иначе мы бы получили совсем другого Филиппа Филипповича. Хотя, признаться, посмотреть на Броневого, кормящего Шарика краковской колбасой, было бы чертовски любопытно ✨.
