Ах, эти французы! Они знают толк не только в выдержанном сыре и хрустящих багетах, но и, как выясняется, в настоящем кинематографе. Наш старый знакомый Пьер Бурель — тот самый обаятельный галл, который частенько мелькает на отечественных экранах (и, держу пари, знает о загадочной русской душе больше, чем иной выпускник ВГИКа), выдал на днях базу. Да такую, что хочется немедленно встать и аплодировать.
В беседе с суровыми репортерами ТАСС мосье Бурель изящно, но совершенно безжалостно прошелся по современному цифровому фастфуду, сравнив его с монументальным советским кино. И знаете что? Он ведь чертовски прав.
«Когда я смотрю советское кино, у меня ощущение, что вы снимали про людей, которые рядом с нами. А сейчас уже какая-то ерунда пошла», — тяжело вздыхает Пьер. И его можно понять. Вспомните этих живых, объемных, сотканных из противоречий героев Рязанова или Данелии. А теперь посмотрите на бесконечную ленту в экране своего смартфона. Чувствуете разницу? То-то же.
Современная индустрия, по меткому замечанию актера, несется куда-то в пропасть массового потребления со скоростью курьера на электросамокате. Главный бич нашей суетливой эпохи — так называемые вертикальные сериалы. «Это сериал по 1-1,5 минуты ни о чем, без какой-то красоты, ничего нет», — сокрушается француз. И с этим просто невозможно спорить. Мы дожили до времен, когда драма, завязка, кульминация и катарсис должны уложиться в интервал между двумя станциями метрополитена.
Да, эти минутные обмылки собирают десятки миллионов просмотров. Будем честны, мы все там были — скроллили экран в три часа ночи в поисках дешевого дофамина. Но художественная ценность? Оставьте. Это все равно что пытаться сравнивать многослойные полотна Караваджо с наклейкой на фонарном столбе. Впрочем, Бурель оставляет нам лучик надежды: сильное авторское кино, где режиссер все еще пытается говорить со зрителем, а не просто продавать ему рекламу, все еще живо. Оно просто скромно прячется в тени гигантского, пульсирующего монстра массового контента. Так что, друзья, предлагаю волевым усилием отложить гаджеты и пойти пересматривать классику.
