Ах, эта великая иллюзия кинематографа! Казалось бы, еще вчера мы сопереживали трогательной Оле Рыжовой в «жутких розочках», а сегодня легенда советского экрана Светлана Немоляева берет на себя роль строгого, но справедливого морального арбитра.
Звезда тех самых, затертых до дыр на новогодних праздниках шедевров Служебный роман (Office Romance) и Гараж (The Garage) недавно решила высказаться о самом болезненном тренде последних лет — релокации творческой интеллигенции. И знаете, ее вердикт звучит куда суровее, чем приговор профкома из рязановских комедий.
Как истинная примадонна, Светлана Владимировна философски замечает, что собрать чемоданы — дело, конечно, сугубо личное. Кто мы такие, чтобы запрещать людям искать свой личный Голливуд на берегах Босфора или в песках Дубая? Но вот поливать грязью родные осины — это, по мнению актрисы, уже ни в какие ворота.
«Это ужасно, это очень большой грех, страшный и непростительный», — как отрезала Немоляева. И в этом слышится та самая классическая театральная школа, где драму умеют подавать без дешевых спецэффектов.
Более того, наша любимая актриса совершенно искренне считает уехавших коллег людьми глубоко несчастными. Для нее самой жизнь без Родины — это какой-то сюрреалистический артхаус, в котором она категорически отказывается сниматься. «Я даже представить себе не могу, как можно жить без своей страны», — разводит руками звезда. И ей, черт возьми, веришь.
Кстати, о делах сердечных — и тут речь не о метафорах. В последнее время здоровье подкидывало актрисе весьма некинематографичные испытания. В феврале появились тревожные слухи о проблемах с «мотором», а весной дело дошло до вызова скорой и серьезного хирургического вмешательства — врачи спасали легенду от аритмии. Но, как мы видим, даже перебои в работе настоящего сердца не мешают ей всем сердцем болеть за судьбу отечественного искусства. Здоровья вам, Светлана Владимировна! А мы пока пойдем пересмотрим классику.
