Друзья мои, давайте будем честны: копаться в каталоге Netflix — это занятие, по степени экзистенциальной тоски сравнимое разве что с ожиданием маршрутки в спальном районе в ноябре. Вы листаете, листаете, обложки мелькают, а смотреть решительно нечего. Но постойте! Если сдуть пыль с алгоритмов, можно наткнуться на настоящий бриллиант, завалявшийся где-то между очередным кулинарным шоу и проходным боевиком категории «Б». Речь идет о фильме «Ровер» (The Rover) — ленте, которую мы преступно проглядели.
Это сейчас Роберт Паттинсон — наш любимый угрюмый Бэтмен и звезда авторского кино, которому сам Кристофер Нолан жмет руку. А в далеком 2014 году, когда Дэвид Мишо снимал этот свой постапокалиптический вестерн, Роберт всё ещё отмывался от блесток Эдварда Каллена. Знаете, тот период, когда девочки-подростки всё ещё визжали, а синефилы презрительно фыркали в свои шарфы. И тут случается The Rover. Режиссер Дэвид Мишо, человек проницательный, как-то признался: он, мол, ожидал увидеть смазливого мальчика с обложки, а встретил умнейшего парня, который явно читал книги без картинок. Уже тогда Паттинсон пытался вырваться из «сумеречной зоны» через Cosmopolis Кроненберга, но именно в австралийской пустыне он окончательно перестал быть вампиром и стал актером. Да таким, что родная мама не узнала бы — гнилые зубы, нервный тик и взгляд побитой собаки.
Сюжет, достойный пера Беккета, если бы тот писал для вестернов
Представьте себе Австралию будущего. Нет, это не тот красочный цирк с конями и огнедышащими гитарами, как у Джорджа Миллера в Mad Max. Здесь всё плохо. По-настоящему плохо. Западная экономика рухнула — (знакомое ощущение, не правда ли?), законов нет, воды нет, надежды тоже нет. По этой выжженной земле бредет Эрик — его играет Гай Пирс. О, старина Гай! Человек, который еще в Memento доказал, что может сыграть драму одними скулами. Здесь он играет бывшего солдата, у которого жизнь отняла всё: семью, дом, смысл. И вот, банда каких-то проходимцев крадет у него последнее — машину. Казалось бы, ведро с гайками, но для Эрика это вопрос принципа.
В погоне за угонщиками он натыкается на Рейнольдса (Паттинсон). Рей — это брат главаря банды, которого свои же бросили подыхать в пыли, потому что парень, скажем мягко, звезд с неба не хватает и соображает чуть медленнее, чем улитка на склоне. И вот этот дуэт — мрачный, как надгробие, Пирс и дерганый, заикающийся Паттинсон — отправляется в путь. Это вам не бадди-муви, где герои к финалу станут лучшими друзьями и попьют пивка. Это, скорее, хроника взаимного отчаяния.
Почему это нужно смотреть, даже если вы не любите песок
Визуально фильм — шедевр минимализма. Снято всё в Южной Австралии, и пейзажи там такие, что хочется немедленно выпить стакан воды и повеситься. Эта пустота работает на атмосферу лучше любых спецэффектов. Это вам не No Country for Old Men братьев Коэнов, хотя параллели напрашиваются: та же суровая маскулинность, то же ощущение, что Бог вышел покурить и не вернулся. Но The Rover еще более безнадежен, если это вообще возможно.
В прокате фильм, конечно же, провалился с треском, собрав жалкие 3,2 миллиона долларов. Ну а чего вы хотели? Люди шли за экшеном, а получили экзистенциальную драму про то, во что превращается человечество, когда отключают электричество и совесть. Критики, правда, поцокали языками: 67% на Rotten Tomatoes — это вам не шутки. Дэвид Стрэттон из The Australian хвалил фильм за то, что тот держит зрителя за горло, а Брайан Таллерико восхищался тем, как Мишо исследует человеческую природу, а не просто показывает красивые взрывы.
Но главное здесь — это, безусловно, актерский дуэт. Наблюдать, как Гай Пирс и Роберт Паттинсон разыгрывают эту трагедию двух сломленных людей — чистый, дистиллированный кайф. Паттинсон здесь выдает такой перформанс, что хочется вручить ему «Оскар» и тарелку супа. 🧐
Так что, если вы устали от пластиковых супергероев и хотите увидеть кино, которое пахнет потом, бензином и безысходностью — включайте The Rover. Это сурово, это больно, и это чертовски красиво.
