Коди Ферн прекрасно понимает: пластырь нужно срывать резким движением. «Полагаю, в какой-то момент мне всё равно придется об этом заговорить», — вздыхает он. Австралийский актер, а теперь еще и режиссер, готовится к премьере своего полнометражного дебюта «Closing Night (Премьера)» на кинофестивале в Торонто. Мы сидим, болтаем, и это его первое интервью о проекте, который он сам окрестил «эмоционально автобиографичным, но сюжетно вымышленным». Звучит как статус в соцсетях у студента ВГИКа, но погодите иронизировать — уровень душевного стриптиза здесь такой, что становится даже немного неловко. ️
Фильм, который сейчас активно ищет прокатчика, вырос из одного совершенно дикого эпизода в детстве Ферна. Представьте: крошечный городок Саузерн-Кросс в Западной Австралии. Маленький Коди. И тут его, скажем так, «своенравная» тетушка решает, что самое время для семейных тайн, и сбрасывает бомбу: оказывается, матери Ферна в свое время отказали в аборте, когда она была им беременна. «Довольно странная информация для ребенка, не находите?» — усмехается Коди. Да уж. В итоге его воспитывали мать и мачеха — «две выдающиеся женщины», которых он, повзрослев, отчаянно пытался понять. Он сел за сценарий. Получилась, по его словам, «очень странная птица» — сырая, болезненная и настолько личная, что он сам не знал, что с ней делать.
Собственно, готовый фильм — та еще птица. И хотя после бесчисленных правок с давним соавтором Девоном Бостиком «Closing Night (Премьера)» зажила своей жизнью, это невероятно мощная заявка. Мы привыкли видеть Ферна в проектах Райана Мерфи вроде «American Crime Story (Американская история преступлений)» или недавнем «Foundation (Основание)», но парень-то всегда хотел снимать! Лет десять назад он сделал короткометражку «Pisces (Рыбы)», а потом актерская карьера поперла в гору, как на дрожжах. И вот — круг замкнулся.
В центре сюжета — тридцатилетний Тео (Тоби Уоллес), его проблемная мать Эйприл (Наоми Уоттс), заглянувшая к нему в Нью-Йорк, и ее отчужденная сестра Сандра (Сара Полсон) — звезда сцены, которая как раз надрывается на Бродвее в спектакле «Mother Courage (Мамаша Кураж)». И да, личные травмы Ферна перекочевали на экран. Как и тот факт, что после начала работы над сценарием мать сообщила ему о пугающем диагнозе — после долгих лет абсолютного молчания между ними.
Рассказывать больше — значит испортить вам все сюжетные твисты (а их там хватает, поверьте). Ферн оказался настоящим «актерским» режиссером. Он выкатил роскошные роли Полсон, Уоттс и двукратной обладательнице «Оскара» Дайан Уист (она играет их хаотичную, властную мать). Знаете, кто главный кумир Ферна? Майк Николс. Коди смотрел его шедевр «Postcards From the Edge (Открытки с края бездны)» несколько тысяч раз еще в детстве. «Я понимал, что нам нужно создать семью, безопасную зону, где каждый сможет копнуть глубже», — говорит он.
А теперь давайте о Саре Полсон. У нее есть «Эмми», у нее есть «Тони», но большое кино почему-то всегда обходило ее стороной, предлагая роли подружек главных героинь. «Меня это всегда убивало, — возмущается Ферн. — Почему Сара Полсон не стопроцентная кинозвезда? В какой-то момент я просто сказал себе: ну так дай ей эту роль, Коди. Напиши для нее». Сказано — сделано.
Они познакомились на съемках очередного сезона «Американской истории ужасов» и сошлись мгновенно. Сидели в вагончиках, обсуждали Джину Роулендс, спорили о методах Стеллы Адлер и Уты Хаген — классические театральные задроты. Ферн написал роль Сандры специально для нее, но, чтобы всё было по-взрослому, отправил сценарий через агента. Полсон прочитала. Заплакала. А потом… запаниковала. Роль требовала невероятной отдачи: сыграть великую актрису, показать разрушительное влияние болезни, нырнуть с головой в уродливые семейные скандалы. «Я думала, проект развалится! — смеется Сара. — Я была уверена, что мне не дадут это сыграть. Наверняка же Кейт Бланшетт захочет эту роль!»
Но проект не развалился. Более того, по совету Полсон к касту присоединилась Наоми Уоттс (они только что снялись вместе в «All’s Fair (Всё по-честному)»). Ферн построил весь съемочный процесс вокруг комфорта актеров. При их микроскопическом независимом бюджете он выделял целые дни на съемку одной сложной сцены, просто чтобы дать актрисам разгуляться. «Я помню, как мы играли сцену с Сарой, я посмотрела на Коди, а он рыдал навзрыд», — вспоминает Уоттс.
Для Ферна работа с этими женщинами стала настоящим откровением. Уоттс для него — «пылающий свет на горизонте, когда ты растешь в Австралии». Из-за роли Дайан Уист в сериале «In Treatment (Пациенты)» он вообще пошел в терапию (понимаю, Коди, понимаю), а ее работу в «Hannah and Her Sisters (Ханна и ее сестры)» считает эталоном.
В ранних черновиках главным героем был Тео — альтер-эго самого режиссера. Но Ферн вовремя понял, что настоящая драма кроется в отношениях этих сложных женщин. «Closing Night (Премьера)» — это не просто очередная кухонная ссора на камеру. Это кино о смерти. О том, как мы воспринимаем ее в семье и в обществе. Ферн признается, что думает о смерти каждый день. «До такой степени, что моему партнеру становится не по себе. Я смотрю на нашу собаку, которой семь лет, и думаю: господи, ему осталось всего лет семь…» ️
Нашел ли он ответы, снимая это кино? Вряд ли. Но, как говорит сам Коди, он усвоил один урок: «Отпусти прошлое. Выбери любовь». И, судя по всему, выбрал правильный путь. Как метко подытожила Наоми Уоттс, у которой за плечами и «Mulholland Drive (Малхолланд Драйв)», и две номинации на «Оскар»: «Нечасто встретишь сразу три такие восхитительные женские роли в одном фильме. Пожалуйста, Коди, пиши еще».
