Ну что, дорогие мои синефилы, пакуем чемоданы и готовимся к легкому бризу Бискайского залива. 74-й кинофестиваль в Сан-Себастьяне решил открыть свои двери не чем-нибудь дежурным и пресным, а новой картиной нашего любимого гамбургского хулигана Фатиха Акина. Да-да, того самого парня, который когда-то заставил всю Европу пританцовывать под саундтрек Soul Kitchen, а потом виртуозно вывернул нам душу наизнанку «Золотой перчаткой» (признайтесь, вы тоже пытались отмыться после просмотра).
Так вот, 18 сентября в роскошном Дворце Курсааль, сразу после того как отгремят официальные фанфары, покажут его новый фильм — Geister (Ghost Song). И знаете, что самое забавное? Для Акина это первый раз, когда он везет полнометражную работу бороться за главную награду фестиваля — «Золотую ракушку». Удивительное упущение для режиссера с таким послужным списком, не находите?
Но давайте к самому вкусному — к сюжету. Главные роли достались Мариам Дауд и Эрену М. Гюверджину. Они играют Фарашу и Фариса — типичных двадцатилетних ребят, которые встречаются на выпускном. Искра, буря, безумие, любовь с первого взгляда… и тут Акин включает режим древнегреческой трагедии. Девушка скоропостижно умирает в ту же ночь. Но не спешите тянуться за носовыми платками! Фараша отказывается просто так уходить в свет и находит лазейку в бюрократии загробного мира. Ровно на 40 ночей — ни днем больше — она получает возможность приходить к Фарису в его сны. Получается эдакий Ghost (Привидение) эпохи зумеров, помноженный на нолановское «Начало», но с фирменной акиновской меланхолией. Их любовь продолжает расти, пока не наступит та самая, последняя ночь.
Вообще, Фатих Акин — это тот редкий режиссер, которому прощаешь всё. Мы же помним его триумф с Head-On (Золотой медведь Берлинале, на минуточку), каннские лавры за сценарий The Edge of Heaven и спецприз Венеции за упомянутую Soul Kitchen. А как он раскрыл Диану Крюгер в Aus dem Nichts / In the Fade! Девушка, которую Голливуд упорно пытался запереть в амплуа «просто красивой Елены Троянской», выдала такой перформанс, что унесла из Канн приз за лучшую женскую роль.
Теперь же наш немецкий турок замыкает блестящую семнадцатку претендентов на «Золотую ракушку». И компания у него, надо сказать, подобралась просто на зависть. Тут вам и чилийский эстет Пабло Ларраин, и британский классик Майк Ли, и даже Джесси Айзенберг (да-да, тот самый нервный парень из фильма Финчера, который теперь еще и режиссер). В общем, битва за ракушку обещает быть жарче, чем споры кинокритиков на премьере. Запасаемся попкорном, господа, нас ждет отличная осень!
