Представьте себе картину: вы приходите в роскошный итальянский ресторан, а шеф-повар умоляет вас не добавлять в пасту чеснок, потому что инвесторы боятся острых ощущений. Примерно так же вели себя боссы HBO на заре создания Game of Thrones (Game of Thrones). Канал, подаривший нам брутальных мафиози и циничных копов, панически боялся… эльфов и магии. ♂️
И тут на сцену выходит Брайан Когман — человек, который изначально числился в проекте кем-то вроде главного гика по вселенной Джорджа Мартина. Знаете таких парней? Пока все пьют просекко на вечеринке, они могут по памяти перечислить троюродных бастардов Таргариенов. Брайан готовил справочники и рисовал генеалогические древа, пока ему вдруг не поручили написать сценарий к четвертому эпизоду первого сезона — «Калеки, бастарды и сломанные вещи». Опыта у парня было примерно столько же, сколько у меня в балете, но этот бросок на амбразуру стал его золотым билетом в Голливуд.
Так вот, Когман недавно пустился в ностальгические воспоминания и выдал базу. Оказывается, руководство канала давило на тормоза, требуя свести «явное фэнтези» к минимуму. Риски казались им колоссальными. Но наш книжный червь проявил интеллектуальное хулиганство: он взял и втихаря прописал сцену со снами Брана Старка. Дешево, сердито, удобно для съемок, но с четким вектором в сторону настоящей магии.
«В HBO опасались откровенной сказочности — для них это был первый столь масштабный зверь, и любой риск вызывал потливость, — вспоминает Когман. — Получилась версия, которую вы все видели: легкая в производстве, не бьющая по бюджету, но показывающая, куда дует ветер. Знаете, есть начальники, которые орут: «Какого черта?! Мы это не заказывали!» А есть парни вроде Дэвида Бениоффа и Дэна Уайсса — они просто берут твою идею и перекраивают под нее весь сезон».
И слава старым и новым богам, что они его послушали! Иначе мы бы получили просто унылую политическую драму в грязных средневековых декорациях, а не главный культурный феномен десятилетия.
