Ах, квоты на иностранное кино! Излюбленная тема для светских бесед в кулуарах, когда тарталетки с икрой уже съедены, а спасать отечественный кинематограф как-то надо . Но тут на сцену выходит народный артист РФ Дмитрий Певцов — тот самый непотопляемый адвокат Званцев из культового «Бандитского Петербурга» (кстати, вы знали, что на съемках сериала актеры порой сами придумывали себе реплики от безысходности?). И заявляет он вещь, от которой у многих любителей простых решений должен был случиться легкий когнитивный диссонанс.
Оказывается, просто взять и закрыть дверь перед носом зарубежных студий — это не панацея. Удивительно, правда? Дмитрий Анатольевич резонно замечает, что квотирование — это как подорожник, приложенный к открытому перелому. Проблема-то у нас не в том, что чужое кино отбирает хлеб, а в том, как этот самый хлеб печется на наших родных студиях.
«У нас в кино большая проблема в том, как оно производится, как прокатывается и в том, что отсутствует контроль государства, в том числе за тем кино, в которое вложены бюджетные средства», — изящно, но твердо констатировал Певцов.
И ведь не поспоришь! Дайте нам прозрачность. Покажите, куда уходят миллионы, которые порой превращаются в такие шедевры, что хочется развидеть их немедленно . Без тотальной перестройки самой структуры индустрии никакие искусственные барьеры не заставят зрителя полюбить откровенную халтуру.
Но самое очаровательное в этой истории — финал. Наш суровый критик системы внезапно включает режим абсолютного гуманиста. Зачем, говорит, запрещать то, что несет свет? Если условный зарубежный шедевр учит доброму и вечному — пусть себе идет в прокате! Действительно, если кино хорошее, какая разница, на каком языке там говорят?
