Представьте себе картину. Лондон. Успешный испанский архитектор Мигель (Хавьер Бардем, который, к слову, в молодости играл за сборную Испании по регби, и эта монументальная медвежья грация осталась с ним навсегда) почивает на лаврах престижной премии. Живет он припеваючи со своей женой Софией. Ее играет Пенелопа Крус — и да, они снова вместе на экране, перебрасываясь репликами с такой химией, что красные обои в их лондонской гостиной кажутся бледными.
И вот, Мигелю падает заказ мечты. Ну, или экзистенциального кошмара. Некий абстрактный техно-олигарх — эдакий собирательный Цукерберг, чье имя переговорщики с придыханием пишут на бумажке (его, кстати, с уморительной карикатурностью играет Риз Ахмед) — заказывает ему бункер на Гавайях. А пока Мигель морщит свой породистый лоб, решая, продать ли душу IT-дьяволу, на него сваливается проблема пострашнее грядущего конца света. Сосед. Простой, суровый пролетарий (Стивен Грэм с татуировкой-крестиком у глаза, от которого так и ждешь вопроса «Семки есть?»), внезапно прорубает окно прямо из своего гаража в цветущий сад нашего архитектора. Знакомая ситуация, да? Хуже апокалипсиса может быть только внезапный ремонт у соседа ️.
Все это великолепие — третий фильм французского умника Флориана Зеллера. Раньше он экранизировал свои же пьесы (вы наверняка помните душераздирающего «The Father (Отец)»), а теперь вот разродился оригинальным сценарием. Ну, как оригинальным… Фундаментом послужила аргентинская лента «El hombre de al lado (Сосед)» 2010 года. Зеллер взял эту изящную метафору классовой вражды и щедро пристроил к ней пару дополнительных этажей: драму о трещащем по швам браке и сатиру на выживальщиков-миллиардеров.
Бункер здесь — это, разумеется, новая египетская пирамида, а техно-магнаты — современные фараоны. Элиты хотят отгородиться от нас с вами так же сильно, как Мигель хочет спрятаться от сурового взгляда соседа Грэма. И если вы вдруг, ну совершенно случайно, не уловили эту тонкую иронию, не переживайте — героиня Крус проговорит ее вслух. Прямо в лоб. Чтобы уж наверняка.
А что там с браком? Он трещит параллельно с соседской стеной. София страшно переживает. Во-первых, муж оказался конформистом (какой кошмар, решил построить бункер!). Во-вторых, годы идут. В-третьих, на горизонте маячит модный американский писатель в исполнении Бена Фостера, который с исключительно важным видом вещает банальности: «Через сто лет от нас ничего не останется, живи моментом!». И София от этой «глубины» прямо-таки меняется в лице. А мы сидим и думаем: господи, дайте ей кто-нибудь нормальную книжку.
На фоне всех этих экзистенциальных метаний — где Мигель то ставит дымовые пушки от воров (спойлер: это очень смешно и очень плохо заканчивается), то ищет загулявшего кота — фильм кажется эдаким лайт-вариантом Михаэля Ханеке. Саундтрек периодически бьет по ушам, пытаясь разбудить в нас классовое сознание. Но история этого буржуазно-либерального пробуждения сшита, прямо скажем, белыми нитками. Зато фактурно. Зато Бардем с Крус прекрасны. А что еще нужно для хорошего киновечера?
